Что мы пьем из водопровода?

Что мы пьем из водопровода?Задумывались ли Вы когда-нибудь над тем, что мы пьем из водопровода? Многие смело ответят - да, полагая, что речь идет о запахе и привкусе хлорки в воде и ее желтой окраске, более осведомленные посетуют на все ухудшающуюся экологическую обстановку в России, кто-то вспомнит несколько ярких примеров техногенных катастроф, сброса отходов в реки и озера, разливы нефти и др. Но только специалисты в данном вопросе, потратившие многие годы на изучение и исследование данной проблемы, понимают всю ее остроту, которая как никогда актуальна для сегодняшнего момента. Подтверждением этого служит то, что 35-я сессия Генеральной ассамблеи ООН провозгласила десятилетие 1981-1990 гг. "Международным десятилетием снабжения питьевой водой и санитарии".

Но мы об этом не знали, потому что жили в СССP - самой благополучной стране и думали лишь о том дне, когда капитализм, изживший себя изнутри, развалится, и коммунизм окончательно победит, пройдя "победным шагом" по всему миру. Нам вбивали в голову, что СССP - самая прекрасная и богатая страна, в которой все будет всегда хорошо. И сейчас, мы, покупая воду, с удивлением вспоминаем то время, когда одно только упоминание о том, что за воду придется платить, вызывало недоумение и усмешку. Что же получается, мы и здесь отстали от мировой общественности, которая уже в 70-80-е годы прошлого столетия была крайне озабочена проблемой водоснабжения и активно пыталась (и не без успеха) найти пути и решения одного из важнейших вопросов мировой жизнедеятельности?

Все мы хорошо помним тот переходный процесс в нашей стране от коммунизма к "демократии". Пусть не все получалось так, как нам часто обещали с трибун, радио и телевидения, но, наверно, что-то было сделано и в плане улучшения качества воды и водоснабжения в нашей стране? Увы, редкие голоса специалистов лишь изредка проникают в средства массовой информации сквозь обыденность различных сообщений о том, что где-то что-то сломалось, взорвалось или утонуло. Где-то, для одних людей находится на расстоянии 10км, для других - 100км. Общим здесь является то, что это очень далеко и, поэтому не имеет никакого к ним отношения. Где-то нашли подпольный цех по разливу минеральной воды от обычной водопроводной трубы, где-то сбросили в реку сотню тонн химикатов. Такие сообщения могут вызвать и бурную реакцию человека, выражающуюся во фразе "довели строну" или "я и так знаю, что с экологией у нас уже давно не все в порядке", или... не вызвать никаких эмоций. Определенно найдутся и те люди, кто скажет, что в нашей стране приняты предельно допустимые концентрации (ПДК, в микрограммах на 1 литр воды (мкг/л)) водных загрязнений, при превышении которых контролирующие инстанции обязаны применять экономические или более суровые санкции к нарушителям. Но применяют ли?

Другой момент заключается в том, что очень часто при определении качества воды оперируют отдельно взятыми ПДК по каждому загрязнителю. Пример. Пусть каждый загрязнитель присутствует в воде лишь в количестве 40%-60% от своей ПДК, и общее количество таких загрязнителей - 50. На первый взгляд кажется, что все в порядке, поскольку каждый загрязнитель не превышает свой ПДК. Однако и по здравому смыслу и по нормативам необходимо просуммировать относительные вклады ПДК, что и даст итоговую величину загрязненности воды. Более того, в нашей стране ПДК рассчитывается отдельно по воздуху, пище и воде. Поскольку на человека воздействуют все эти компоненты, то для полноты картины необходимо просуммировать их составляющие между собой. Понятно, что это может существенно изменить "радужную" картину.

Чтобы "напрасно не тревожить народ" применяется хорошо известная информационная политика всеобщего благополучия, которая достаточно успешно продолжает работать и по сей день. Суть ее заключается в том, чтобы убедить население страны в том, что Российские (CCCР) нормы и ГОСТы самые жесткие в мире. Понятно, что объявить нормы - это еще не все. Необходимо еще обеспечить их выполнение, для чего необходимы высокооплачиваемые и ответственные специалисты, дорогое оборудование для очистки воды на производстве, дорогие исследования и контроль. Предположим, что этого удалось добиться и на водоочистительных станциях вода соответствует требованиям и нормам, т.е. первичное загрязнение устранено. Но, прежде чем попасть в наши квартиры, вода проходит весьма долгий путь по трубам, изношенность которых достигает 60%-90%. Мы знаем, что вода - достаточно хороший растворитель, который будет растворять в себе все то, что десятилетиями накапливалось внутри труб. Мало приятного и в том, что трубы водопровода и канализации укладываются рядом, что приводит к попаданию фекалий в трубопровод при разгерметизации последних.

Все это является вторичным загрязнением воды, которое частично устраняется хлорированием воды, что, при избытке последнего, может привести к серьезным заболеваниям. Отсюда становится понятно, что информация о том, что на водоочистных сооружениях вода удовлетворяет требованиям нормам не может обнадеживать людей, поскольку из крана течет уже другая вода - вода со вторичным загрязнением. Химанализ этой воды можно сделать в ближайшем СЭН. Однако полную картину Вам увидеть не удастся. Дело в том, что большинство токсичных примесей хлорорганической природы (пестициды, диоксины и др.) имеют столь низкие значения ПДК, что опасны для здоровья в таких ничтожных концентрациях, которые могут быть измерены далеко не во всякой лаборатории и далеко не всяким специалистом. В результате измерения сверхнизких концентраций токсичных органических примесей из научно-технической задачи превращается в своеобразное искусство, не поддающееся формализации. К примеру, в ГОСТе 2874-82 охарактеризованы 1345 токсичных химических веществ. Однако на свете нет такого прибора, который сразу бы выдал содержание всех этих 1345 веществ в пробе воды, которую химик впрыскивает в прибор. Если прибор (хроматограф) настроен на анализ галометанов, то он и выдаст содержание только одного-двух десятков этих летучих веществ, если он настроен на определение летучих фенолов, то только летучие фенолы и будут зарегистрированы. При этом не будут замечены ни металлы, ни галометаны, ни какие-либо другие органические вещества.

Спектральный анализ позволит увидеть только содержание металлов. То есть химик сначала должен догадаться, какой токсический фактор содержится в воде, после этого выбрать или разработать соответствующую методику и уже только после этого провести стандартные операции измерения концентрации подозреваемых токсичных компонентов. Понятно, что в различных отчетах присутствуют лишь те вещества, которые уже достаточно хорошо известны. Однако, если в воде присутствует сверхтоксичное вещество, но в сверхнизких концентрациях, то оно может долгое время быть незаметным, как это произошло с диоксинами, который только недавно был признан чрезвычайно опасным хлорорганическим токсином.

Существуют и другие методы суммарной оценки содержания в воде токсичных веществ, например, биологические тесты, когда в воду помещают живой организм и смотрят за его развитием. Если живой организм живет в воде определенное время, то на основании этого воду можно считать биологически безвредной. Недостаток данного биологических тестов состоит в том, что для их проведения необходимо достаточно длительный промежуток времени. Однако, несмотря на это можно увидеть качественный результат, например, по мутации или смертности рыбы в том или ином водоеме, реке, озере и др.

Из всего вышесказанного становится понятно, что необходимо производить доочистку воды непосредственно перед ее употреблением.

Статья была опубликована: 15-10-2016, 23:47
Комментарии:


Авторизация:


    Какой марки инструменты используете вы?